Не дали взыскать убытки с супруги должника

Судебный кейс о защите супруги должника от требований о взыскании убытков. Юристы компании «Рыков и Партнёры» сформировали убедительную правовую позицию, доказали отсутствие вины и неправомерность притязаний кредиторов, полностью защитив личное имущество клиента.

Как мы защитили бывшую супругу должника от взыскания убытков и отстояли ее долю в совместно нажитом имуществе

Арбитражный суд города Москвы. Судья Михалкина Е.А. Финансовый управляющий хотел взыскать убытки в связи с недобросовестным поведением супруги должника, по результатам оспоренной сделки с ее участием.

Дело А40-18773/21 

Суть дела

В рамках дела о банкротстве гражданина финансовый управляющий объединил два требования: о взыскании с бывшей супруги должника, нашей доверительницы, убытков в размере более 1,1 млн рублей и о разрешении разногласий по поводу распределения денежных средств, вырученных от продажи совместно нажитой недвижимости.

Что вменяли

Финансовый управляющий утверждал, что наша доверительница действовала недобросовестно и затягивала процедуру банкротства. Якобы именно из-за этого управляющий был вынужден нести дополнительные расходы: нанимать помощника, оплачивать членские взносы в СНТ, налоги и государственные пошлины. Эти расходы управляющий потребовал взыскать с нашей доверительницы как убытки. Кроме того, управляющий фактически удерживал денежные средства, полученные от продажи общего имущества супругов на торгах, не перечисляя нашей доверительнице причитающуюся ей долю.

На какие нормы ссылались

Оппонент опирался на статью 15 и статью 1064 Гражданского кодекса РФ о возмещении убытков и причинении вреда, а также на общие положения о недобросовестном поведении в рамках Закона о банкротстве.

Как мы выстроили защиту

Мы опровергли доводы заявителя, разделив защиту на два независимых и неопровержимых направления.

Аргумент первый: расходы на процедуру банкротства не являются убытками

Мы указали суду, что привлечение помощника, уплата налогов и пошлин являются законными расходами на проведение процедуры банкротства, которые регламентируются статьей 20.3 и статьей 59 Закона о банкротстве. Эти затраты покрываются за счет конкурсной массы. Мы доказали отсутствие какой-либо причинно-следственной связи между действиями нашей доверительницы и этими стандартными процедурными издержками. Закон не позволяет перекладывать обоснованные расходы на ведение дела на третье лицо, квалифицируя их как убытки.

Аргумент второй: отсутствие оснований для удержания доли в совместно нажитом имуществе

Мы сослались на пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве и статью 39 Семейного кодекса РФ. Недвижимость была приобретена в браке и являлась общей совместной собственностью. После возврата имущества в конкурсную массу и его продажи на торгах, наша доверительница имеет безусловное право на половину вырученных средств. Мы подчеркнули, что единственным исключением из этого правила является наличие общих обязательств супругов. Однако кредиторы не доказывали, а управляющий не представил свидетельств того, что заемные средства должника тратились на нужды семьи. Следовательно, долг является личным, а не общим.

Позиция суда

Арбитражный суд города Москвы полностью согласился с нашей позицией.
Суд установил, что расходы финансового управляющего являются законными издержками процедуры банкротства, а не убытками, причиненными нашей доверительницей. Причинно-следственная связь между ее действиями и указанными расходами отсутствует.
В части распределения денежных средств суд подтвердил, что при отсутствии доказательств использования заемных средств на нужды семьи, обязательство не признается общим. В таком случае закон императивно требует перечислить бывшей супруге должника половину денежных средств, вырученных от реализации общего имущества.

Итог
Суд полностью отказал финансовому управляющему во взыскании убытков с нашей доверительницы и обязал распределить денежные средства от продажи недвижимости в соответствии с законом, гарантировав нашей доверительнице получение ее законной пятидесятипроцентной доли. Мы защитили клиента от необоснованных финансовых претензий и сохранили ее имущественные права.