Многие руководители полагают, что если просто перестать сдавать отчетность и оставить компанию без управления, это убережет их от долгов. На практике такой «брошенный» бизнес становится легкой добычей для кредиторов. Несвоевременная подача заявления о банкротстве и отсутствие ликвидации по закону — это кратчайший путь к субсидиарной ответственности. В этой статье мы разбираем, почему попытка «исчезнуть» не снимает обязательств, как налоговая и кредиторы находят владельцев через годы и какие стратегии помогут законно закрыть компанию без личных потерь. Узнайте, как правильно выйти из бизнеса, чтобы не отвечать по его долгам своим имуществом.
Верховный Суд РФ ужесточил ответственность за оставление бизнеса без присмотра.
Бросишь бизнес - ответишь по его долгам. В частности, в решениях 2024 г. ВС РФ подчеркнул недопустимость «бросания бизнеса», установив, что компания обязана соблюдать принцип «уходя гасите свет». 18 декабря 2016 г. введена норма п. 3.1 ст. 3 Закона об ООО, устанавливающая субсидиарную ответственность участников общества по его обязательствам при ликвидации с непогашенными долгами, если такие долги возникли вследствие недобросовестных и неразумных действий участников.
Субсидиарная ответственность за брошенный бизнес: судебная практика ВС РФ
За 8 лет применения этой нормы Верховный Суд РФ выработал четкие критерии ее использования, усиливая позицию по отношению к «брошенному бизнесу».
Поначалу суды применяли норму только к долгам, возникшим после 30 июля 2017 г. (см., например, постановления АСМО от 20 ноября 2023 г. по делу № А41-44023/2022, от 20 ноября 2023 г. по делу № А41-44023/2022, от 15 января 2020 г. по делу № А40-9486/2019).
Применение субсидиарной ответственности к долгам до 2017 года
Однако в определении СКЭС от 27 июня 2024 г. № 305-ЭС24-809 по делу № А41-76337/2021 ВС РФ изменил подход к применению нормы во времени, указав, что поскольку ответчику вменяется не просрочка платежа, а исключение общества из ЕГРЮЛ, новая норма применяется даже при возникновении долга до ее вступления в силу.
Суд также отметил, что эта норма не является нововведением, поскольку ранее ликвидация общества не препятствовала привлечению КДЛ к субсидиарной ответственности по общим нормам ГК РФ, поэтому ее можно использовать и за период до 30 июля 2017 г.
Предмет доказывания и основания для привлечения КДЛ к ответственности
По предмету доказывания Верховный Суд закрепил ключевой принцип в определении СКЭС ВС РФ от 25 августа 2020 г. № 307-ЭС20-180 по делу № А21-15124/2018, установив, что доказываться должен не сам факт ликвидации общества, который по общему правилу не влечет субсидиарной ответственности, а именно возникновение невозможности исполнения обязательств перед взыскателем из-за недобросовестных действий бизнесмена.
5 главных оснований для взыскания долгов с собственника брошенного бизнеса
Согласно сформированной позиции Верховного Суда РФ, ключевыми основаниями для привлечения контролирующих лиц к ответственности выступают следующие недобросовестные действия:
1. Нарушение принципа разграничения имущества общества и участника
Использование денежных средств и активов общества для погашения личных долгов участника перед его персональными кредиторами (см. определения СКЭС ВС РФ от 6 марта 2023 г. по делу № А03-6737/2020 и от 15 декабря 2022 г. по делу № А40-264080/2020).
2. Перевод финансово-хозяйственной деятельности на зеркальное лицо
Фактический вывод бизнеса, договоров и материальных ценностей на подконтрольную «зеркальную» компанию с целью оставить должника с неисполненной кредиторской нагрузкой (см. определение СКЭС ВС РФ от 15 декабря 2022 г. по делу № А40-264080/2020).
3. Игнорирование интересов компании по поддержанию платежеспособности
Сознательный выбор неэффективной модели управления обществом с полным игнорированием его собственных экономических интересов (см. определение СКЭС ВС РФ от 3 ноября 2022 г. по делу № А40-73945/2021).
4. Наращивание обязательств при явном недостатке имущества компании
Продолжение принятия на себя новых финансовых и договорных обязательств при заведомом знании о критическом недостатке имущества для их последующего исполнения (см. определение СКЭС ВС РФ от 3 ноября 2022 г. по делу № А40-73945/2021).
5. Отсутствие бухгалтерской отчетности и сокрытие документов
Полное отсутствие первичной документации, актуальных сведений о деятельности должника, а также умышленное непредоставление объяснений о причинах прекращения работы фирмы (см. определения СКЭС ВС РФ от 26 апреля 2024 г. по делу № А40-165246/2022 и от 27 июня 2024 г. по делу № А41-76337/2021).
Ответственность за непередачу документов при исключении компании из ЕГРЮЛ.
Особый интерес вызывает последний пункт – это важное концептуальное нововведение СКЭС ВС РФ. Ранее высшая судебная инстанция считала, что само по себе отсутствие документов и отчетности не является безусловным поводом для взыскания...
Изменение связано с распространением презумпции сокрытия следов на процедуры по ст. 3.1 Закона об ООО. Более того, суд отметил, что иной подход привел бы к неравенству прав кредиторов, чьи должники избежали банкротства и, соответственно, субсидиарной ответственности за непередачу документов.
При этом суды отказались от прежней практики снятия ответственности с взыскателя за невозражение против ликвидации общества. Ранее суды необоснованно отказывали во взыскании, если кредитор не возражал против исключения, не учитывая, что при наличии возражения общество не было бы ликвидировано и иск не подавался.
Теперь ВС РФ указал на недопустимость перекладывания на кредитора неблагоприятных имущественных последствий от действий должника, «оставившего бизнес» и уклонившегося от обязательств.
Сформированный Верховным Судом подход, с одной стороны, облегчит кредиторам взыскание долгов с должников, а с другой – побудит более ответственно подходить к прекращению бизнеса, исполнению обязательств, хранению и сдаче документов.
При этом важно сохранить баланс интересов должника и кредиторов, а также стабильность гражданского оборота.
